Боевые операции Французского Иностранного легиона. Оборона Дьенбьенфу. Часть 2-я.

Продолжение. Предыдущую часть публикации можно прочесть ЗДЕСЬ.

Прологом к сражению за Дьенбьенфу стала грамотно спланированная и не менее блестяще осуществленная операция, направленная уничтожение французской боевой и транспортной авиации, базировавшейся на аэродромах Гиа-Лам и Кат-Би в Тонкинской долине. В ходе последовательных диверсий, проведенных партизанами Вьетминя 6-7 марта 1954 года, были уничтожены или полностью выведены из строя 78 французских самолётов (в основном транспортные).

Таким образом, в течение двух суток вьетнамские диверсанты лишили противника 55 % имевшейся у него транспортной авиации. И это притом, что и до совершения диверсий наличных крылатых машин не хватало для полноценного обеспечения надлежащего снабжения гарнизона боеприпасами, продовольствием, медикаментами, амуницией и снаряжением первой необходимости.

Ежедневная потребность гарнизона Дьенбьенфу превышала планку в 200 тонн грузов. После уничтожения половины имевшихся транспортных самолётов, в лучшем случае полковник де Кастри и его бойцы могли рассчитывать на получение 120 тонн жизненно необходимых грузов. Эта суровая статистика очень скоро отразиться самым негативным образом на боеспособности гарнизона Дьенбьенфу.

В полдень 13 марта 1954 года по приказу генерала Во Нгуен Зяпа началась масштабная и сокрушительная артподготовка, в которой приняли участие практически все артиллерийские орудия и миномёты, имевшиеся у вьетнамской группировки. Наибольшее сосредоточение артиллерийского огня пришлось на позиции опорного пункта «Беатрис», обороняемый пехотным батальоном Иностранного легиона и миномётной батареей. Два десятка вьетнамских 105-мм и 75-мм гаубиц, а также тяжёлых миномётов за час беспрерывной стрельбы буквально перепахали передовые линии французской обороны, изрядно разрушив окопы, траншеи, блиндажи и бункеры.

После 13:00 шесть ударных батальонов из состава 312-й вьетнамской пехотной дивизии (командир – генерал-майор Ле Тронг Тан) устремились на штурм главных пунктов французской обороны – опорные пункты «Беатрис» и «Габриель» (его оборонял Алжирский батальон). Во Нгуен Зяп разделил атакующие боевые порядки на три колонны – в каждой по два батальона (900-1000 бойцов).

Ещё до штурма командиры колонн получили чёткие указания о том, какие сектора вражеской обороны прорывать в первую очередь. При общем суммарном раскладе получалось, что два батальона ВНА при поддержке своей артиллерии атаковали позиции, защищаемые одной-двумя ротами легионеров.

Согласно концепции, разработанной Во Нгуен Зяпом, вьетнамские штурмовые отряды делились на четыре группы. В первую входили пулемётные, миномётные и артиллерийские расчёты, которые оказывали непосредственную огневую поддержку на поле боя атакующим подразделениям. В их задачу также входило уничтожение вражеских штабов, командных пунктов, огневых точек, танков и самолётов.

Вторую группу составляли сапёры, которым предстояло проделывать проходы в минных полях и заграждениях из колючей проволоки. Более 2/3 личного состава всех сапёрных команд составляли добровольцы-смертники. Они обвязывались гранатами и взрывчаткой, отважно бросаясь на инженерные укрепления врага.

Третья группа состояла из пехотинцев-штурмовиков, которым и предстояло непосредственно захватывать французские окопы, ДОТы, форты. Четвёртая группа представляла собой оперативный резерв, который использовался в качестве усиления штурмующих отрядов.

Напрасно защитники передовых фортов надеялись, что минные поля и проволочные заграждения сумеют задержать противника. При помощи смертников-добровольцев, что густыми цепями молча и едва ли не в полный рост пересекли минные поля, Ле Тронг Тан расчистил путь своим ударным подразделениям. По воспоминаниям легионеров-очевидцев, передовые линии вьетнамских пехотинцев, упорно и не останавливаясь, двигались вперёд, почти не обращая внимания на грохот взрывающихся мин и частые подрывы своих товарищей.

С колючей проволокой – «спиралью Бруно», считавшейся почти непроходимой для пехоты, вьетнамцы разделались ещё проще и изобретательней. Специальные отряды подрывников при огневой поддержке соратников устремились к заграждениям, неся в руках длинные шесты с бамбуковыми палками.

Издалека казалось, что на французские позиции бегут с шестами наперевес прыгуны в высоту. Каждая такая палка-шест имела в длину 3-4 метра. Полый и гибкий бамбук был до отказа набит взрывчаткой. При ударе о натянутые линии «колючки» и столбы, на которые она была намотана, происходила детонация и подрыв, который проделывал брешь в проволочных рядах.

Уже в 17:00 передовые ударные части 312-й пехотной дивизии ВНА повсеместно вступили в непосредственный огневой контакт с защитниками опорного пункта «Беатрис», начав его штурм. Через полтора часа в течение нескольких минут в результате прямых попаданий артиллерийских снарядов в командные пункты погибли подполковник Гоше – командир 13-й полубригады Легиона и одновременно командующий северным сектором обороны, а также майор Пего – командир батальона, оборонявшего «Беатрис», и ещё несколько офицеров.

Даже лишившись командования, три роты легионеров – 9-я, 10-я и 11-я до конца оказывали отчаянное и упорное сопротивление, мужественно и обречёно сражаясь в плотном кольце окружения многократно превосходящих сил противника. Вся 10-я рота полегла, защищая внешний периметр, 11-я до последнего бойца обороняла командный бункер. В 00:15 последние легионеры 9-й роты вызвали огонь артиллерии на себя. Спустя четверть часа «Беатрис» был полностью в руках вьетнамских пехотинцев 312-й дивизии.

Этот несомненный успех был оплачен дорогой ценой. За 12 часов штурма личный состав генерала Ле Тронг Тана потерял порядка 1800 солдат и офицеров – до 600 погибшими и 1200 ранеными. Батальон майора Пего до боя насчитывал 750 человек, после штурма к своим основным силам пробились 200 человек – практически все они имели ранения или контузии. Французские авторы Жан Брунон, Жорж Мануэ и Пьер Карлес в своём фундаментальном труде – «Золотая книга Иностранного легиона: (1831-1976)» приводят заниженные потери защитников опорного пункта «Беатрис». По их данным батальон майора Пего безвозвратно потерял 332 человека, включая 7 офицеров.

14 марта по совокупности множества произошедших событий стал, пожалуй, одной из ключевых вех всей битвы за Дьенбьенфу. Утром де Кастри, явно растерянный и сбитый столку, попытался отбить у вьетнамских коммунистов опорный пункт «Беатрис», задействовав для этой цели 1-й иностранный парашютный батальон, усиленный пятью лёгкими танками М24 «Чаффи».

Атака эта была подготовлена наспех и плохо скоординирована, а потому Во Нгуен Зяп мощными залпами своей артиллерии, находившейся на господствующих близлежащих высотах, быстро остановил продвижение легионеров, заставив их залечь под свинцовым градом гаубиц и миномётов. Французские парашютисты и танки отступили для перегруппировки, но повторной атаки не последовало.

Дело в том, что Ле Тронг Тан, предложил на четыре часа прекратить боевые действия в районе опорного пункта «Беатрис», чтобы убрать тела погибших и эвакуировать раненых. Де Кастри согласился на это гуманное и благородное предложение. Однако командир 312-й вьетнамской пехотной дивизии вовсе не был гуманистом и филантропом.

Он руководствовался совсем иными мотивами. Очень скоро французское командование с горечью убедилось в том, что пока вьетнамские похоронные команды собрали трупы своих бойцов, а медики оказывали помощь раненым, Ле Тронг Тан стянул в окрестности опорного пункта «Беатрис» практически все свои наличные силы. Теперь контратака уже не имела смысла.

Едва де Кастри выслушал доклад о том, что «Беатрис» безвозвратно потерян, как инженеры и авиаторы сообщили ещё одну неутешительную и удручающую новость. За два дня боёв вьетнамская артиллерия привела в полную негодность все взлётные полосы аэродрома Дьенбьенфу, а также диспетчерскую башню и радиомаяк.

Таким образом, легионеры и их союзники напрочь лишились возможности принимать грузовые, транспортные, санитарные и боевые самолёты. Более того, часть собственных самолётов, имевшихся в распоряжении базы, была сожжена и уничтожена на земле, а те немногие крылатые машины, что успели взлететь, были сбиты огнём вражеских зениток и пулемётов ДШК.

Забегая вперёд, следует отметить, что отныне снабжение Дьенбьенфу осуществлялось исключительно единственно доступным способом – сбрасыванием грузов на парашютах. Как уже говорилось ранее, гарнизону требовалось 200 тонн грузов ежедневно, а французская авиация максимум могла доставить 120. Однако даже в самые удачливые дни осажденные получали не более 100 тонн грузов.

Первоначально сброс производился с высоты 800 метров, но из-за постоянных и возрастающих потерь в самолётах, которые вьетнамские зенитчики регулярно сбивали, высотную планку пришлось поднять сначала до 2 км, а затем и до 3000 метров. При этом значительно ухудшилась точность выброски, а также от сильных ударов портилась часть груза. Чем выше летали французские самолёты, тем чаще они промахивались, сбрасывая боеприпасы, продовольствие и снаряжение на территорию, контролируемую вьетнамскими войсками.

В 14:30 в расположение базы Дьенбьенфу успешно и практически без потерь десантировался с воздуха 5-й вьетнамский парашютный батальон. Получив столь необходимое подкрепление, де Кастри, казалось, мог на время перевести дух. Однако спустя три часа вражеская артиллерия начала ураганный обстрел опорного пункта «Габриель». В 20:00 на штурм форта с северо-запада и с северо-востока устремились 88-й и 102-й полки 308-й дивизии ВНА.

Разгорелся ожесточённый бой. Неся ощутимые потери, вьетнамские бойцы медленно и неуклонно продвигались вперёд, получая весомую огневую поддержку своих гаубиц и тяжёлых миномётов. После 4 часов утра все ключевые оборонительные позиции опорного пункта «Габриель» оказались в руках вьетнамских бойцов.

Де Кастри с запозданием организовал контратаку, стремясь выбить врага с захваченных позиций. Отбить назад «Габриель» поручалось подполковнику Пьеру Ланглэ, но командовал всеми парашютными и резервными подразделениями. Около 05:00 Ланглэ силами 5-го вьетнамского парашютного батальона и двух рот 1-го парашютного батальона Иностранного легиона при поддержке пяти лёгких танков двинулся вперёд.

Увы, но эта контратака захлебнулась практически сразу же, поскольку легионеры попали под интенсивный заградительный огонь вездесущей и сокрушающей вьетнамской артиллерии. Общие потери французской стороны в боях за опорный пункт «Габриель» составили почти 1000 человек. 308-я вьетнамская пехотная дивизия в общей сложности потеряла по различным оценкам от 3000 до 5000 человек (из них 1-2 тысячи погибшими и смертельно ранеными).

Несмотря на очередные тяжелейшие потери, Во Нгуен Зяп мог торжествовать и радостно рапортовать Хо Ши Мину о достижении весомых успехов, имевших далеко идущие стратегические преимущества и выгоды. За двое суток боёв почти весь северный сектор обороны базы Дьенбьенфу находился под контролем Вьетминя. Лучшие и наиболее боеспособные части гарнизона – легионеры, парашютисты, артиллеристы и танкисты понесли ощутимые потери в личном составе и материальной части, которые невозможно было восполнить.

В тот же день – 15 марта совершил громкое самоубийство (во всех смыслах этого понятия) подполковник Шарль Пиро – начальник всех артиллерийских частей гарнизона Дьенбьенфу. Задолго до битвы и накануне её он самоуверенно и безапелляционно заявлял, что французская артиллерия будет господствовать на поле боя и, если потребуется, то его пушки без труда уничтожат вражеские орудия.

«Пушки вьетнамских партизан выстрелят не более трех раз до того момента, когда я их уничтожу», – эту фразу, произнесённую Пиро, напомнили хвастливому полковнику-артиллеристу чудом выжившие защитники опорных пунктов «Габриель» и «Беатрис». Увидев воочию, результаты обстрелов вражеских гаубиц и миномётов, а также узнав о колоссальных потерях гарнизона, Пиро подорвал себя гранатой.

16 марта гарнизон Дьенбьенфу получил последнее крупное пополнение – 6-й колониальный парашютный батальон, вместе с которым прибыл подполковник Марсель Бижар – легендарная личность не только Иностранного Легиона, но и всей французской армии. Всю Вторую Мировую он прослужил в разведывательно-диверсионных подразделениях.

Бижар до последней возможности сражался за независимость своей родины в мае-июне 1940 года. После оккупации Франции нацистской Германией он попал в плен, предприняв три попытки побега. Сбежав из лагеря, Бижар окольными путями в октябре 1943 года попал в Марокко, где немедленно вступил в войска Сражающейся Франции (Сопротивления).

После высадки союзников в Нормандии в июне 1944 года, Бижар продолжил службу в частях британской Особой Воздушной Службы, которое в последствие успешно действовало на Западном фронте. После завершения Второй Мировой капитан Бижар продолжил службу, оказавшись в эпицентре очередной войны – в джунглях Французского Индокитая. По воспоминаниям начальства уже тогда, даже получая заведомо невыполнимый приказ, Бижар брал под козырёк, произнося свою знаменитую фразу: «Поставленная задача будет исполнена, если это возможно. Даже если это невозможно, то приказ всё равно будет выполнен».

Прибытие Бижара и парашютного батальона несколько приподняло боевой дух гарнизона, внушив слабую надежду на ещё возможный благополучный исход осады. Однако буквально на следующий день – 17 марта де Кастри и его бойцы были шокированы катастрофическим известием о падении опорного пункта «Анн-Мари», который защищал 3-й тайский (таиландский) батальон.

Самое ужасное заключалось в том, что эта последняя цитадель северного сектора обороны базы Дьенбьенфу, была взята противником без боя. Отлично и профессионально сработали пропагандисты Вьетминя. Тайские солдаты были более прочих надломлены известиями о быстром захвате опорных пунктов «Беатрис» и «Габриель». Французских союзников деморализовали цифры потерь и пугающие подробности кровавых штурмов.

За два дня предыдущих боёв тайцев активно «обрабатывали» вьетнамские коммунисты, забрасывая географических соседей листовками с призывами о прекращении сопротивления и перехода на сторону Вьет-Мина. «Распропагандированные» таиландцы большей частью переметнулись в стан врага, остальные дезертировали в окрестные горы.

С падением опорного пункта «Анн-Мари» северный сектор обороны Дьенбьенфу оказался полностью в руках войск Во Нгуен Зяпа. Вьетнамский генерал не стал опрометчиво продолжать наступление. Он взял оперативную паузу для перегруппировки своих сил и получения пополнений, понимая, что окруженному противнику уже не избежать печальной участи поражения.

В период с 18 марта по 30 апреля в районе Дьенбьенфу не велось масштабных боевых действий. Во Нгуен Зяп накапливал силы для последующих решающих штурмов. Привыкшие к тяжёлым систематическим и изнуряющим работам, связанным с тяжёлым физическим трудом, вьетнамские бойцы без устали рыли по направлению к французским позициям окопы и траншеи, общая протяженность которых в итоге превысила 100 километров.

Этой траншейной паутиной части Во Нгуен Зяпа практически полностью оплели, опутали и окружили французские укрепления в центре Дьенбьенфу, почти полностью отрезав их от опорного пункта «Изабель» – ключевого рубежа обороны базы. Де Кастри и его штаб так и не смогли определить и предугадать направление следующих ударов врага. А Во Нгуен Зяп, тем временем, активно, соблюдая меры секретности и предосторожности, готовился к штурму позиций «Элиан», «Доминик» и «Югетт».

Пока вьетнамские части всё ближе и ближе подбирались к французской передовой, Де Кастри всё глубже погружался в состояние полной апатии и безразличия к происходящему вокруг. Полковник поминал, что он и его гарнизон обречены, а потому практически полностью самоустранился от командования и руководства. В этой ситуации дальнейшую организацию обороны и управление частями базы Дьенбьенфу на себя взяли Бижар и Ланглэ.

Однако и эти бравые подполковники своими экстренно предпринятыми мерами, грамотными приказами и тактически верными действиями не могли изменить крайне неблагоприятной стратегической обстановки, сложившейся вокруг Дьенбьенфу. 28 марта Бижар силами двух батальонов и пяти танков провёл успешную операцию по нейтрализации вражеских зениток, действовавших в зоне расположения 302-й пехотной дивизии ВНА.

В ходе внезапного рейда легионеры уничтожили 17 зенитных пушек и пулеметов ДШК. Кроме того, были убиты 350 и взяты в плен 10 вьетнамских солдат и офицеров. Потери отряда Бижара составили 110 человек – 20 убитыми и 90 ранеными. Этот локальный успех подполковника Бижара никак не повлиял на общую ситуацию. Доставка грузов для осажденных всё равно проходила с массой затруднений и сложностей, поскольку Во Нгуен Зяп по-прежнему имел достаточное количество сил и средств для правильной и эффективной организации системы ПВО.

Полностью публикацию «Боевые операции Французского Иностранного легиона. Оборона Дьенбьенфу» можно прочесть ЗДЕСЬ:

ЧАСТЬ 1-я.

ЧАСТЬ 2-я.

ЧАСТЬ 3-я.

ЧАСТЬ 4-я.

Все изображения, использованные в статье, взяты из открытых источников яндекс картинки https://yandex.ru/images/ и принадлежат их авторам. Все ссылки, выделенные синим курсивом, кликабельны.

Всем, кто дочитал эту статью, большое спасибо! Отдельная благодарность всем, кто оценил изложенный материал! Если Вы хотите изложить свою точку зрения, дополнить или опровергнуть представленную информацию, воспользуйтесь комментариями. Автор также выражает искреннюю признательность всем, кто своими дополнениями, комментариями, информативными сообщениями, конструктивными уточнениями, замечаниями и поправками способствует улучшению качества и исторической достоверности публикаций.

Если Вам понравилась статья, и Вы интересуетесь данной тематикой, а также увлекаетесь всем, что связано с военной историей, то подписывайтесь на мой канал! Всем удачи, здоровья и отличного настроения!